Объектом смешного в современном анекдоте часто является насилие или даже убийство. И такие явления определенно присутствуют в современной смеховой культуре, хотя и состоят в некотором конфликте с общепринятыми нравственными нормами. Возможно, это скорее присуще юмору молодежи, который часто отдает невинным дикарством, происходящем от неглубокого понимания нравственных ценностей, навязанной модели их восприятия, которая и отторгается путем насмешки. Суть здесь скорее в способе подачи, в механизме действия истории. Абсурдный и жестокий современный анекдот насмешничает в том числе в ситуациях, которые для человека «романтического» склада являются принципиально не смешными. И здесь усматривается тенденция к тотализации насмешки — смешно абсолютно всё и во всём выискиваются лишь смешные стороны. Возможно, это связано с физиологическим действием смеха — смех доставляет удовольствие и может выступать чем-то в роли наркотика, возможна и смеховая зависимость, когда человек уже не понимает границ и пределов смешного.

  К интересным аспектам темы можно отнести также наличии определенного типа новых анекдотов, содержащих признаки скрытой зависти: Из новейшей истории — это анекдоты, где издеваются над «новыми русскими». Это знак социальных антагонизмов, нелюбви к «новым богатым». Одним из мотивов этого чувства возможно является зависть к устроенному существованию другого, хотя не следует пренебрегать и тем, что высмеиваемая социальная прослойка была благодарным материалом для создания новых анекдотов. Как отклик на проведение многочисленных конкурсов красоты возникли и были активно подхвачены анекдоты про блондинок, хотя и понятно что цвет волос не влияет на умственную деятельность.

  Разумеется, не все анекдоты таковы. Они могут быть не только умными, но и глупыми, тонкими и пошлыми, блистательно-остроумными и примитивно-тупыми. Однако и то, что называют произведением искусства, — далеко не всегда шедевр. Анекдот обладает мифотворческими потенциями, создавая эстетико-художественную реальность, переходящую в массовое сознание (образ «страны дураков», без которой не обходится ни один народ, «армянское радио», анекдотический «англичанин» или «чукча», Ленин, Пушкин, Чапаев, Штирлиц, Брежнев как анекдотические персонажи, послевоенные «генеральской жены» и послеперестроечные «новые русские» и т.п.).

  Ирония истории в изобилии творит иронические истории. Жизненность анекдота обусловлена анекдотизмом жизни. В одном из польских анекдотов содержится такой диалог:

— У тебя есть новый анекдот?
— Нет. А у тебя?
— Тоже нет. Тьфу! Что за правительство?!

  В том, что жизненность анекдота обусловлена анекдотизмом жизни, убеждаешься, читая многочисленные анекдоты в интернете. Натужные попытки придумать новый анекдот только в редчайших случаях приводят к успеху. И это происходит лишь тогда, когда удается подсмотреть и лаконично представить действительно анекдотический случай или анекдотическую ситуацию в жизни. Андерсен говорил, что лучшие сказки — это те, которые придумывает сама жизнь. К анекдоту это относится в еще большей мере.